Восточногерманские рабочие захватили завод в попытках предотвратить его закрытие

Что заставило в рабочий коллектив восточногерманской провинции захватить предприятие? Беседа с Хайдрун Кирхнер, лидером забастовщиков, оккупировавших 12 июля велосипедный завод в в тюрингском Нордхаузене.

Уже больше, чем неделю коллектив велосипедного завода из 135 человек удерживает предприятие, чтобы предотвращать его закрытие. Как это случилось?

20 июня нам сообщили, что производство приостанавливается до конца месяца. Во время встречи представителей производственного совета с директором, последний сказал, что предприятие закрывается. При этом достаточного количества денег, чтобы компенсировать персоналу увольнения в установленные законом сроки, у владельца завода нет. Мы сообщили это коллегам на собрании работников предприятия 10 июля во вторник прошлой недели. После этого рабочие начали стихийно захватывать предприятие.

Много других предприятий вашей отрасли постигла подобная участь. Так в соседнем Ньюкирх был также закрыт велосипедный завод той же кампании, однако там обошлось без протестов. Почему ваш коллектив столь упорно обороняется?

Работники здесь как одна семья. Связь между людьми всегда была сильной, и, когда мы празднуем какой-нибудь маленький праздник, мы всегда делаем это вместе и хорошо чувствуем дух коллектива. Всем ясно: мы сидим в одной лодке. Шансы найти работу где-нибудь еще очень маленькие в нашей местности. Кроме того, в течение долгих лет мы боролись за то, чтобы спасти это предприятие и рабочие места. Мы согласились на все. Они отказались выплачивать денежную премию служащим, отказались платить отпускные, сократили персонал и урезали зарплаты на 5 процентов.

Полагаете ли Вы, что еще можете предотвратить закрытие завода?

Ну, как говорят: надежда умирает последней. Люди борются за то, чтобы не потерять рабочее место и иметь, все же, как минимум одну социальную гарантию от экономических рисков. Закрытие жестко ударит по нам всем. Жены и мужья тех, кто работает здесь также являются заинтересованными лицами. Поэтому можно считать, что нас тут не 135 человек, а вдвое больше.

Что будет значить для региона увольнение работников завода?

Здесь в Нордхаузе больше нет промышленных предприятий. Здесь нет индустрии. Для работников это значит, что им придется куда-то ехать в поисках работы. Это значит разрыв семей. Закрытие также значит отсутствие какой-либо перспективы для молодежи. Молодые люди уезжают и Нардхаузен будет обречен на деградацию. Поэтому мы боремся здесь в том числе и за молодежь. Только сам черт сможет заставить нас покинуть наш завод.

Как местное население реагировало на ваши протесты?

Солидарность колоссальная. Люди, которые сами не очень хорошо обеспечены, приводят нам кофе или еду. Мы все время получаем письма солидарности с других предприятий и от профсоюзов. Шоферы, проезжающие мимо, сигналят нам в знак поддержки. Звукопроницаемыми и доступными неожиданно стали местные политики. Партия Левые составила письмо в нашу защиту, подписанное дюжиной депутатов Земельного парламента. Активисты Партии зеленых взялись за обеспечение нас продуктами питания.

Как долго вы сможете удерживать предприятие?

Тот, кто говорит A, должен также говорить Б. Мы готовые к переговорам и ждем конкретные предложения со стороны администрации. Если они не приезжают, коллектив готов продолжать борьбу. Нам просто нечего терять. Мы пошли на большие уступки нанимателям, только бы сохранить наши рабочие места. Но гнев копился многие годы – и теперь он выходит наружу.

По материалам Neues Deutchland (Германия)