Не относитесь к России как к стране третьего мира

Запад под предлогом распространения демократии начал настраивать против России такие страны, как Украина и Грузия. При этом Запад забывает о долгосрочных последствиях, которые нестабильность в этих странах повлечет для безопасности России и региона в целом

Отвечая на этот вопрос, я пришел к нескольким новым вопросам: "Почему Запад относится к России как к стране третьего мира? Почему, когда Россия идет на сотрудничество в одном вопросе, Запад предъявляет огромные претензии в остальных?" После окончания холодной войны Россия стремится к интеграции с Западом, иногда жертвуя ради нее собственной гордостью, суверенитетом и национальными интересами. Она уступила Западу в разделе бывшей Югославии и позволила войскам США разместиться возле своих границ для борьбы с терроризмом в Афганистане, хотя их подлинной целью было получение доступа к нефти центральноазиатских стран. России нелегко было отказаться от своих традиционных союзников и рынков сбыта оружия – Северной Кореи, Ирана и Ирака – но, проявив некоторую долю прагматизма и политической прозорливости, она позволила Западу сделать по-своему. С 1997 года она лишь два раза использовала право вето в Совете Безопасности ООН, в то время как США применяли его 12 раз.

Россия ограничилась негромким выражением недовольства, когда Запад под предлогом распространения демократии начал настраивать против нее такие страны, как Украина и Грузия. При этом Запад забывает о долгосрочных последствиях, которые нестабильность в этих странах повлечет для безопасности России и региона в целом. Не впечатлившись терпением и дипломатической сдержанностью России, Америка наступила ей на больную мозоль – объявила о создании широко разрекламированной противоракетной системы. При этом она объяснила свои действия совершенно нелепым образом: необходимостью защитить США и Европу от ракет отсталых в техническом плане ближневосточных стран. А теперь, словно всех этих провокаций было недостаточно, Великобритания предъявляет России возмутительное требование изменить конституцию, чтобы можно было экстрадировать российского подозреваемого в Британию.

С точки зрения третьего мира, в свете этих событий нетрудно согласиться со словами Путина о том, что Великобритания действует, руководствуясь колониальным мышлением.

"Мозги им надо поменять, а не конституцию нашу. То, что они предлагают, – очевидный рудимент колониального мышления", – заявил Путин.

Более точно и более убедительно сказал Александр Солженицын: "Запад, празднуя конец изнурительной холодной войны и наблюдая полтора десятка лет горбачевско-ельцинскую анархию внутри и сдачу всех позиций вовне, очень быстро привык к облегчительной мысли, что Россия теперь – почти страна третьего мира и так будет всегда. Когда же Россия вновь начала укрепляться экономически и государственно, это было воспринято Западом, быть может, на подсознательном уровне, панически".

Здравый смысл подсказывает, что Великобритания могла бы рассчитывать на более активное сотрудничество со стороны России в деле Александра Литвиненко, если бы использовала мягкую дипломатию, спокойное убеждение и взаимное уважение, а не раздувала шумиху в прессе, обошлась бы без дипломатических представлений и ненужных провокаций.

Западу пора понять, что сегодняшняя Россия – это не пугало времен Бориса Ельцина, а подлинная военная держава, располагающая мощной экономикой. Поэтому несколько более уважительное и равноправное отношение к России окажется полезным не только для отношений Запада с Россией, но и для обеспечения безопасности и благополучия всего мира.