Турция переставляет фигуры на энергетической шахматной доске

В настоящий момент, в основе энергетической стратегии Турции лежат два основных параметра. Первый - это срочная необходимость разнообразить свои источники импорта. Достаточно сказать, что страна покрывает за счет импорта порядка 70% всех своих энергетических потребностей. Год за годом растет зависимость Турции от российского природного газа, который составляет приблизительно 65% от всех поставок.

Во-вторых, Турция непосредственно соседствует со странами, обладающими более чем 70% доказанных мировых запасов газа и нефти, что дает ей шанс стать западно-восточным коридором или даже центром энергетики. Это является частью более широких планов Турции по утверждению своих стратегических позиций и поиска своих ориентиров в будущем.

Через эту призму нужно взглянуть на подписанный на прошлой неделе меморандум между Турцией и Ираном для понимания его целей. Для тех из вас, кто не знает деталей, позвольте мне обратиться к его наиболее значимым элементам: меморандум не только предусматривает транспортировку туркменского и иранского газа через территории Ирана и Турции в Европу, но также позволяет Турецкой нефтяной корпорации производить 20 млрд. кубометров природного газа с трех фаз месторождения 'Южный Парс' по принципу обратной покупки.

Мы пока не знаем, будут ли все эти поставленные цели достигнуты. Существует множество проблем, которые заставляют нас думать, что это может и не состояться. По крайней мере, одна вещь очевидна на данный момент: меморандум вызвал гнев двух столиц, а именно Москвы и Вашингтона.

Удар по Москве?

Несомненно, краеугольный камень путинизма сегодня - это обширные российские энергетические ресурсы. Достаточно сказать, что природные ресурсы составляют около 80% российского экспорта, в то время как на нефть и газ приходится 55% от всего экспорта. Именно по этой причине Владимир Путин придал большую приоритетность экономическим целям во внешней политике России, чем когда-либо ранее. Главной стратегической целью Москвы стала постепенная привязка соседей, в частности Европы, энергетической зависимостью от России

Газовая ссора между Россией и Украиной в январе 2006 поколебала всеобщий оптимизм относительно стремления Путина вести мягкую линию в вокруг источников энергии. Это продемонстрировало, насколько многие страны уязвимы, когда опираются на российские энергетические ресурсы, и показало необходимость пересмотреть свою энергетическую политику. С тех пор, тем не менее, с помощью упреждающих атак, Москве удалось ответить на вызовы, в частности, от Европы. Действия Путина, а именно, строительство газопровода 'Южный поток', направленного против альтернативных поставок газа, таких, как проект 'Набукко', являются наиболее ярким примером в этом отношении.

Несмотря на то, что содержание сделки Турции с Ираном еще не полностью оглашено, было сообщено, что и Иран и Туркменистан будут перекачивать 30 миллиардов кубометров газа в Европу через Турцию, не нуждаясь в альтернативных поставках в 'Набукко'. Это действие Турции означает удар по вышеупомянутым стремлениям России. Растущее давление России на президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухаммедова ожидается в ближайшие дни.

Был ли Вашингтону нанесен удар в спину?

В то время, как администрация Буша прилагает усилия, чтобы наложить экономические санкции на Иран, меморандум подвергся сильнейшей критике со стороны США. Посольство Соединенных Штатов в Анкаре, например, незамедлительно выступило с письменным заявлением, указывающим, что Вашингтон против любого сотрудничества Турции с Ираном. По словам наших американских друзей, возрастающее доверие к Ирану как к источнику газа или транзитной стране чрезвычайно неблагоразумно. Как мы, турки, говорим, события четверга, на самом деле, были ясны уже в среду.

Недовольство Соединенных Штатов по поводу заигрывания турецкого правительства с Ираном впервые было выражено пару дней назад послом Грегом Шульте, постоянным представителем Соединенных Штатов в Международном агентстве по атомной энергетике (МАГАТЭ). В ответ на недавнее соглашение между двумя странами по торговле электроэнергией, Шульте предупредил Турцию не иметь дел с Ираном 'как обычно'.

Парадоксально, но, тем не менее, замечания, изложенные выше, наши дорогие американские друзья не так давно делали в адрес России. Пока что они являются частью порочного круга. В то время как 27% мировых доказанных нефтяных запасов находятся в России, 15% обладает Иран. Вашингтон не перестает повторять, что готов продолжить совместные усилия, которые, в конечном итоге, сделают Турцию энергетическим центром для европейских стран. Но могут ли наши американские друзья действительно указать нам направление другого варианта? Небезопасный Ирак не может быть надежным источником на предсказуемое будущее. А участники игры вокруг ресурсов Каспийского бассейна отвечают риторикой, а не конкретными действиями.

Энергетический сектор является новым центром всемирных коварных интриг. В такой атмосфере, где нередки отливы и приливы в основных энергетических вопросах, я считаю, Евросоюз должен прояснить, что является его базовыми нуждами и стратегически-политическими целями. Энергетика продвигается многими, в том числе, Евросоюзом и Турцией, как хорошее поле для развития многосторонних связей. Геополитическая взаимозависимость между двумя сторонами в этом отношении особенно акцентируется. На конференции, проведенной в июне в Стамбуле, например, член энергетической комиссии, Андрис Пиебалгс уместно заметил, что 'Турции нужен Евросоюз и Евросоюзу нужна Турция'.

Да, в настоящее время Турция действительно нуждается в Евросоюзе. Тем не менее, мне действительно интересно, продолжат ли наши европейские друзья прятать голову в песок, когда дело доходит до этого вопроса.