Украина-Россия-Турция: Ошибочные оценки приведут к неожиданным событиям

Украина и Россия живут в иллюзии, что Турция отказалась от своих стратегических целей и задач.

Черноморский регион, по прежнему, остается стратегическим направлением политики Турции, и было бы странным ожидать от этой страны ослабления внимания к этому региону,  где происходят события и процессы, от которых зависят не только безопасность, но и положение и роль этого государства в мире.  Все без исключения структуры Турции, в том числе и те, которые имеют весьма отдаленное отношение к внешней политике, заняты выполнением определенных задач по всему геополитическому периметру Черноморско-Кавказского региона. Поэтому оценки многих экспертов ведущих аналитических и исследовательских учреждений России относительно того, что активность Турции в Черноморском регионе и на Северном Кавказе принципиально ослаблена, и практически сведена к минимуму, представляются неадекватными.

Но если Северный Кавказ – часть России и информация по этому региону более доступна российским аналитикам и экспертам, то такой регион как Крым в этом плане более проблематичен. Тем не менее, в российской политической литературе, а также в материалах различных международных форумов, прослеживается мысль о том, что в турецко-российских отношениях происходит минимизация проблем, нивелированы наиболее острые углы. В качестве одного из примеров такого позитивного процесса приводится Крым, где Турция, якобы, практически отказалась от своих амбиций и намерения осуществлять экспансию. Данные доводы российских аналитиков и экспертов не лишены основания, поскольку в Крыму действительно наблюдается некоторое снижение активности турецкой креатуры, прежде всего, из числа крымско-татарских политических организаций. Их деятельность становится визуально более корректной и, возможно, сдержанной, что не исключает отдельные эксцессы и возмущения. Вместе с тем, по признанию местных властей на Северном Кавказе и в Крыму, политическое и экономическое присутствие Турции в этих регионах, с каждым годом становится все более значимым и ощутимым. В последние годы, в особенности после «оранжевой революции» в Украине, Турция перешла от полулегальных методов экспансии к институциональному внедрению в Крым.

Возможно, российские специалисты стремятся выдавать желаемое за действительность, но искренность данных утверждений столь удивляет, что, видимо, они базируются на некой «реальной» фактуре. В настоящее время Турции представились благоприятные условия для установления «доверительных» отношений с Россией и достижения договоренностям по тем или иным проблемам в регионах, где существуют обоюдные интересы. Но это связано больше  не с внешними факторами, вызванными взаимными интересами по ограничению американского военно-политического присутствия в Черном море, и вообще с ухудшением турецко-американских отношений, а с тем, что сейчас Турция строит отношения с Россией, находясь на более благоприятных позициях в этих регионах. За прошедшие годы Турция, после переменных успехов и неудач в регионах Черного моря, Кавказа и Центральной Азии, сформировала достаточно реалистичную схему политического и экономического поведения. Турции удалось сформировать в этих регионах не только латентную креатуру, но и базовую опору в лице вполне респектабельной политической и экономической элиты, которая имеет разносторонние интересы, обеспечивая решение приоритетных задач турецкой политики. Анкара установила долгосрочные и обязывающие отношения с рядом государств данных регионов, в том числе и Украиной, которые, хотя и не носят стратегического характера, но вмещают многие элементы стратегии.

Период более или менее сбалансированной политики Леонида Кучмы и постсоветских политиков прошел. В Украине, хотя и с множеством проблем и в условиях отсутствия должной стабильности, утвердился правящий режим, чья политика системно направлена против интересов России, причем,  эта антироссийская политика стала составной частью политической идеологии. Это позволило Турции кардинальным образом изменить подходы к проблеме Крыма, основываясь на реальных договоренностях с политическим руководством Украины. Было бы преувеличением утверждать, что между Турцией и Украиной существует некое большое принципиальное соглашения относительно Крыма, скорее, имеются некоторые соглашения, позволяющее обоим государствам активно сотрудничать в Крыму, причем против интересов России. Именно в этом и заключается некоторое снижение активности крымско-татарских политических и общественных организаций. В настоящее время Турции незачем поощрять и направлять крымских татар на какие-либо действия, направленные против Украины. Одновременно такие активные действия крымских татар также теряют смысл, так как между крымско-татарским сообществом в Крыму и Киевом сложилось невозможное ранее взаимопонимание. Многие вопросы решаются довольно быстро и эффективно, и в вопросах полномочий правительства Украины больших проблем не возникает. Проблемы же, возникающие между местными властями Крыма и крымскими татарами, неизменно направляются против позиций и интересов России. Возможно, в этих новых условиях Турция заинтересована в более стабильной ситуации в Крыму, и даже в создании основ правового порядка для еще более крепкого утверждения в регионе национального очага, а в дальнейшем и крымско-татарского государства. Именно эту ложную «стабильность» российские аналитики приняли за достижение новых успехов в российско-турецких отношениях.

Ухудшение турецко-американских отношений и попытки Турции сдвинуть векторы во внешней политике связанны со стремлением турецкой стороны обеспечить свою безопасность и экономическое развитие, и политика Турции в Черном море тесно связана с этими целями. Нынешнее турецкое руководство вовсе не отступило от идеи Кемаля Ататюрка о компактном государстве, просто в Анкаре несколько изменились представления о пространственных рамках компактности. Турецкая элита понимает, что Турция не имеет, и не будет иметь надежных партнеров в реализации этой цели, поэтому и сейчас, и в будущем в турецко-российских и турецко-украинских отношениях не может быть «твердой валюты». Что касается Украины, то турецкие авторы практически не скрывают, что рассматривают Украину только в качестве подчиненного государства, которое все еще не определилось со своими границами. Пока Украина, а вернее правящий режим в Киеве, является удобным партнером в решении турецких задач в Крыму, Бесарабии, а также в Черном море, в целом. Турция наблюдает как США и Европейский Союз с настороженностью относятся к ее поползновениям в различных регионах, в том числе, и в Крыму, что еще более усугубляет отношения Турции с Западным сообществом. Но, видимо, в отношении Крыма Запад в умеренном режиме поощряет турецкую экспансию. Поэтому турецко-украинские отношения содержат элементы подозрительности и недоверия, но в настоящее время украинское руководство пытается получить максимум выгод от сотрудничества с Турцией в Крыму. Но сможет ли Украина управлять и контролировать этот процесс? Когда-то, несколько тысяч еврейских колонистов создали национальный очаг и государство в многомиллионной массе арабского мира, что подало пример многим народам, утратившим родину или желающим создать свое государство. Мир вступил в историческую фазу очередного передела, и инертные этносы, как и прежде, уступают пространство более экспансивным.

Но, пока, создается впечатление, что в двух исторически близких странах славянского мира возникли благодушные иллюзии относительно их южного соседа - Турции. Допуская добродушный стиль сотрудничества, Украина и Россия живут в иллюзии, что  Турция отказалась от своих стратегических целей и задач.