Возвращение на Запад

Выбор, перед которым стоит Киев, – это не "Европа или нейтралитет", а "Европа или повторение балканской ситуации

"Это пройдет", – говорили российские дипломаты в начале 1990-х годов, когда речь заходила об Украине: независимость "младшего брата", располагающегося на юге, для большой России была чем-то несерьезным, как проходящий насморк. "Это же не настоящее государство, Джордж", – наверное, говорил не так давно Владимир Путин своему американскому коллеге Бушу. А постпред России в Брюсселе грозил пальцем Украине: она должна быть осторожнее – если она рискнет приблизиться к НАТО, "люди могут восстать". 

Запад стоит перед дилеммой, как стоит относиться к подобным заявлениям. "Оранжевая революция" на Украине, которую Москва восприняла как провокацию, означала, что страна выбрала демократию. Теперь украинская политическая элита стучится в ворота НАТО и ЕС. Обе организации долго лавировали, но на саммите в Бухаресте альянс сдался первым и фактически предложил Украине членство. ЕС пока медлит. Многое говорит в пользу того, что надо поступать по-другому. По целому ряду причин не стоит пока слишком быстро вести Украину в НАТО. И российское сопротивление при этом не самое главное – в альянсе никто не сомневается, что у Москвы нет права вето по вопросам вступления, – но более существенным препятствием является то, что подавляющее большинство украинцев и слышать ничего не хочет о членстве в НАТО. 

Прежде всего на Востоке и Юге страны, где говорят по-русски и где еще сильна ностальгия по советским временам, форсированная политика по вступлению может стать катализатором пожара, когда поджигатели попытаются воплотить в жизнь слова о том, что народ "поднимется". Стратегии, подобные тем, которые Кремль испытывает на сепаратистах в Грузии и Молдавии, могут быть использованы и на Украине. Сближение с НАТО "против воли народа" может послужить поводом для этого. Пока украинцы не хотят альянса с Западом, стремление к членству лишь усилит внутренние противоречия. Для безопасности страны этот путь – не решение, а часть проблемы. 

Отношение к ЕС другое. От Галиции (историческая территория на юго-западе Украины, ныне Львовская, Ивано-Франковская и Тернопольская области. – Прим.ред.) до Донецкого угольного бассейна – по всей Украине царит согласие относительно вступления в ЕС. Донецкие металлургические бароны стремятся попасть на европейские рынки, традиционалисты из Львова грезят возвращением в Европу. И, в отличие от НАТО, это сближение не может быть никем использовано как горючее для поджога. Даже в Москве, возможно, сближением остались бы довольны. 

Украина пришла бы в ЕС не с пустыми руками: она принесет экономику, которая за последнее время растет в среднем на 7,5% в год, и такие ресурсы для будущего, как уголь и сталь, а также необозримые просторы пахотных угодий. По причине своего географического положения страна может стать стратегическим мостом, ведущим к энергетическим резервам Центральной Азии. Кроме того, Украина однозначно выбрала для себя путь на Запад. При всей своей хаотичной грубости молодая украинская демократия полна жизни и свободна от насилия. 

Но при всем при этом вступление представляет собой определенные проблемы. Украина – огромная страна с устаревшей инфраструктурой, свирепствующей коррупцией и опереточным политическим классом в состоянии постоянной ругани друг с другом. Одна только мысль о том, что такая бескрайняя территория интегрируется в европейскую экономическую политику, становится кошмаром. Сам ЕС страдает от невозможности разродиться реформами. Граждане ЕС выражают мировой страх и боязнь разобщенности своим гневным голосованием на референдумах. А элиты демонстрируют нежелание прибавлять ко всем уже существующим проблемам еще одну. 

И тем не менее, в итоге остается понимание того, что не существует никакой другой возможности, кроме как подвести Украину к принятию в Евросоюз. Эта страна не похожа на Швейцарию, которую можно предоставить самой себе в ее альпийских долинах. Она – объект, заполучить который хотят многие. Подобная ситуация уже разрушительным образом сказалась у ее соседей, и на Украине уже делаются попытки использовать внутреннюю напряженность. Выбор, перед которым стоит Киев, – это не "Европа или нейтралитет", а "Европа или повторение балканской ситуации". Если демократическая Украина не добьется при помощи Европы успеха, то однажды из-за внутренних разногласий и манипуляций извне она может стать еще одним очагом кризиса. Европейские перспективы Киева при этом – отнюдь не самая плохая возможность это предотвратить.