Что сейчас несет главную угрозу стабильности Украины?

При посещении Киева британскому министру иностранных дел нельзя забывать, какую опасность представляет расширение НАТО на восток

Прежде чем Дэвид Милибэнд на этой неделе выступит в Киеве с речью о политике в отношении России, ему было бы полезно извлечь несколько уроков из опыта своего великого предшественника. Лорд Солсбери, министр иностранных дел и премьер-министр времен Британской империи, представлял огромную мировую державу, но это не значило, что он любил играть ее мощью. 

Когда Солсбери видел предложения по британской политике, которые, как он считал, должны были серьезно повредить интересам других великих держав, министр смотрел своим коллегам в глаза и прямо спрашивал: "Вы действительно готовы драться? Если нет, не используйте подобную политику". 

Если события последних двух недель в Грузии что-то и показали четко, так это то, что Россия будет драться, если чувствует, что страдают ее жизненные интересы на территории бывшего СССР. А Запад этого делать не станет, да и не сможет – из-за конфликтов в Ираке и Афганистане. 

Прочие угрозы со стороны Запада столь же пусты. Россия сама отказалась от сотрудничества с НАТО. А если ей действительно будут угрожать исключением из "большой восьмерки", Россия уйдет и из этой организации – еще и потому, что без Китая и Индии данный клуб становится все более бессмысленным. Угроза запрета на вхождение во Всемирную торговую организацию чуть значительнее, однако Россия так преуспела в экономике и без ВТО, что и эта опасность по большей части потеряла остроту. 

Москва напомнила НАТО, что добрая воля России важна для обеспечения поставок силам США и НАТО в Афганистане через Центральную Азию. Иначе альянс может стать полностью зависим от маршрутов, идущих через Пакистан. Оттуда, где сейчас нахожусь я, это кажется не самым удачным вариантом – а нахожусь я в настоящий момент в гостиничном номере в пакистанском Пешаваре. 

Полностью поддерживая Иран, Россия имеет возможность не допустить какого бы то ни было компромисса между Тегераном и Западом, заставить США нанести удар, который окажется катастрофой для западных интересов и будет необычайно способствовать интересам России. 

Однако если Милибэнд захочет, его речь может стать отличной возможностью поставить российскую политику Великобритании на фундамент здравого смысла: укрепить единство Запада и разрешить вопросы вроде снижения нашей энергетической зависимости от России, воздержавшись при этом от пустых обещаний и безнадежных задач. К таковым можно отнести попытки вернуть Южную Осетию и Абхазию под контроль Грузии или заставить Россию изменить конституцию для экстрадиции Андрея Лугового, которого обвиняют в убийстве бывшего агента КГБ Александра Литвиненко. 

России, со своей стороны, нужно отказаться от безнадежных целей вроде возвращения Косово под контроль Сербии или попыток заставить Великобританию изменить законы для экстрадиции Бориса Березовского и чеченского лидера Ахмеда Закаева. 

В первую очередь Милибэнду следует хорошенько подумать, прежде чем от имени Великобритании поддерживать вступление Грузии и Украины в НАТО. Он должен внимательно изучить распространенное на Западе убеждение, что Россия "расставила ловушку для Грузии" в Южной Осетии. Это не было российской ловушкой. За последние годы Москва четко, публично и неоднократно давала понять, что, если Грузия нападет на Южную Осетию, Россия будет драться. 

Очевидно, что это президент Саакашвили расставил ловушку для Запада, исходя из убеждения, что, если он начнет войну за возвращение утраченных Грузией территорий, Запад придет ему на помощь. План не сработал так, как хотелось бы Саакашвили: мы не стали воевать за Грузию. С другой стороны, все обещания западных правительств в дальнейшем взять Грузию в НАТО предполагают, что мы это сделаем в будущем, если окажется необходимо. Но как можно давать подобное обещание человеку, который попытался втянуть нас в войну, даже не спросив нашего согласия? 

В том, что касается Украины, Милибэнду следует внимательно изучить многочисленные результаты надежных социологических опросов: они показывают, что примерно трое из четырех обычных украинских избирателей выступают против вступления в НАТО. Это связано не только с тем, что они хотят поддерживать хорошие отношения с Россией, но и с тем, что они боятся оказаться втянутыми в катастрофические американские войны в мусульманском мире. 

Даже когда речь заходит о более широком вопросе, о сближении с Западом вместо России, прозападное большинство на Украине невелико: около 53% против 47%, если судить по последним президентским выборам. К настоящему времени нам стоило бы научиться на жутких примерах Боснии и других регионов, что незначительного большинства недостаточно, когда на кону оказываются жизненно важные для страны вопросы. 

Другими словами, главную угрозу стабильности Украины представляет движение НАТО на восток, а не российские амбиции. Реалистичная британская политика по отношению к Украине должна означать подлинное стремление помочь ей развиваться в экономическом, социальном и политическом плане, чтобы постепенно страна сближалась с Западом и однажды получила возможность вступить в Европейский союз. Ни при каких обстоятельствах не следует втягивать Украину в катастрофический кризис во имя НАТО, которое в любом случае не сможет и не станет защищать ее. 

Когда следишь за нынешним конфликтом из Пакистана, становятся видны некоторые интересные вещи. Во-первых, заметно, что Запад совершенно безумно раздувает кризис в отношениях с Россией, в то время как перед ним стоят столь сложные проблемы в мусульманском мире. 

Поразительно также, что пакистанские СМИ освещают данный кризис предельно сбалансированно, хотя традиционно они занимали враждебную позицию по отношению к Москве. 

Неужели они неожиданно полюбили Россию? Ничуть. Дело в том, что когда речь заходит о международном беззаконии, притеснении и агрессии, они уже не видят большой разницы между Россией и Америкой. Поэтому нотации западных лидеров не кажутся убедительными ни в Пешаваре, ни где-либо еще за пределами самого Запада.

Анатоль Ливен – профессор Королевского колледжа в Лондоне, бывший корреспондент The Times в Советском Союзе