Кому в Днепропетровске нужен храм-небоскреб?

Обзор региональных СМИ Днепропетровска за неделю с 28 июня по 5 июля

В потоке многочисленных сводок  о рейдерских захватах, которые в последнее время заметно участились в Днепропетровске, появилась приятная новость, которая, конечно,  вдохновила горожан – трудовой коллектив сумел отстоять свое предприятие от очередного «наезда».  И уже почти победил «захватчиков».

Как сообщает газета «Днепр вечерний» (№97) в материале «Злагода»: полем боя становится суд», «кульминацией событий, происходящих в последние пару месяцев на комбинате «Приднепровский», обещало стать намеченное на последний день июня общее собрание акционеров. Ожидали всякого: от попыток силового вторжения на территорию предприятия – в том числе и в зал заседаний – до открытого блокирования собрания. Руководство «Злагоды», опираясь на поддержку трудового коллектива, постаралось предусмотреть практически все. Была усилена охрана (сотрудники спецназа и охранных агентств), заметно прибавилось «жителей» палаточного городка у проходной. Эффективно подействовала «народная дружина», организовавшая самый пристальный досмотр подъезжающего транспорта. И как оказалось, меры были нелишними. Уже после начала собрания в зал попыталась проникнуть группа из нескольких человек. Из документов они предоставили лишь свидетельства принадлежности к ООО «Приват-Сток-Сервис». Таким образом, права участвовать в собрании акционеров «гости» не подтвердили – и их просто «попросили». Само собрание прошло достаточно организовано. Акционеры  утвердили отчеты о работе за год, приняли решение о выплате солидных дивидендов. А также поддержали правление в принципе распределения прибыли. Также подавляющим большинством  голосов было решено сменить компанию-регистратора – ООО «Реестр-Днепр».

-  Регистратор «Реестр-Днепр» не предоставил нам необходимый пакет документов, фактически украл его, - прокомментировал происходящее президент компании Виктор Веретенников. Стоит отметить, что против принятых решений проголосовало не более 0,03 процента акций – это ли не свидетельство «значительности» оппонентов основных держателей акций и желания трудового коллектива? По мнению руководителей комбината, «полем битвы» сегодня становится  Днепропетровский областной хозяйственный суд. Сюда перемещается «центр тяжести» событий, именно здесь и будут применены основные  силы и приемы желающих поглотить «Злагоду». В суд уже предоставлены документы, подтверждающие отказ ряда акционеров, которые до этого якобы выдали доверенности на три года  на представление своих интересов третьим лицам, от претензий к комбинату. - Судебное заседание было перенесено, - рассказывает Виктор Веретенников.-  Хотя, на мой взгляд, вполне резонно было бы вообще прекратить дело – ведь сами «истцы» не давали таких доверенностей. Они попросту подделаны рейдерами».

Автор материала журналист Владимир Рыбальченко отмечает, что «сегодня мало кто даже из самых крупных предприятий способен гордиться тем, что ему удалось противостоять попыткам «аннексии». И, возможно, днепропетровская «Злагода» - первая в будущем ряду победителей». А такой перелом дается непросто.

Как информирует газета «Свое мнение» (№27) в материале «Рейдеры нападают – «Злагода» пока держится?», «здесь играют по-крупному. Кому-то очень приглянулся молочный комбинат «Злагода». Доходное производство, обходящееся без иностранных инвестиций, очень лакомый кусочек для любого промышленника, решившего его еще раз «прихватизировать». Это уже третья попытка захвата предприятия за историю независимой Украины. Все прошлые попытки делались при очередной смене правящих элит в обществе. Когда в мае разбомбить комбинат государственными методами не удалось, было решено оттяпать его другим методом. Был захвачен реестр собственника с полным списком акционеров. Сделано это было с помощью другого рейдерского нападения на фирму «Реестр Днепр», которая собственно и регистрировала «Злагоду». Руководство регистратора было сменено и тут же были разосланы приглашения мелким акционерам  - сдать свои акции в эту реестровую фирму по выгодной цене.

По квартирам пенсионеров начинают ходить люди, и всеми правдами и неправдами выуживать доверенности на акции. Теоретически, ничего в этом предосудительного нет. Вопрос упирается в другое. Рейдеры, а ими, по словам Виктора Веретенникова, являются фирмы «Приват-сервис» и «Славутич-капитал», далеки от молочно-кондитерского производства, поэтому предприятие будет просто перепродано, а остановка хоть на сутки такого молочного гиганта как «Злагода», по словам Веретенникова, будет смертельна для производства. Значит, тысячи людей поколениями работавших на комбинате останутся без работы и средств к существованию. Рабочих такая перспектива не устраивает. Силами самих тружеников было организованно круглосуточное дежурство по периметру завода. Рабочие самой «Злагоды» пока со своими акциями расставаться не торопятся, надеются получить когда-нибудь по счетам и самоотверженно отстаивают родное производство.

Но к Виктору Веретенникову по-прежнему остается несколько вопросов. Научит ли его этот случай бережному отношению к своему основному капиталу — рабочим. Ведь до этого, как правило, Виктор Веретенников нерегулярно выплачивал пенсионерам дивиденды по акциям довольно зажиточного предприятия. Владелец обычно ссылался на очередную модернизацию производства, и на собрании акционеров (а это собрание он мог бы проводить и один в своем кабинете, так, как контрольный пакет акции находится у него) принимал решение о вложении дивидендов в модернизацию комбината. Пенсионеры же и другие мелкие акционеры в очередной раз оставались ни с чем...»

Но положительное резюме к тому, что происходит на «Злагоде», скорее исключение из правил, чем сами правила. В городе редко кто сомневается, что еще предстоит пережить немало всевозможных территориальных захватов, переделов собственности и разрушений знакомых строений. В материале «После них нам жить. Это им хоть потоп» («Лица» №52) автор Константин Когтянц пишет, «как сообщили вполне достоверные  источники, в соответствующие инстанции официально подан проект «реконструкции» Днепропетровского оперного театра. Если Вы еще не освоили жаргон, на котором изъясняются депутаты-бизнесмены (сокращенно ДЕ-БИ), то не поленитесь, съездите туда, где БЫЛ «Детский мир» и прочитайте на заборе до сих пор висящее объявление, что здание подвергается реконструкции. Потом загляните в яму, потому что заглянуть больше некуда. Вы поняли значение термина «реконструкция»?

Те же источники утверждают, что – «независимо от того, что написано и намалевано в проекте «реконструкция», подлинной целью является передача машинного зала театра одному из влиятельных ДЕБИ то ли под кафе, то ли под казино. Кто не верит, что такое возможно – съездите туда, где БЫЛ Дом книги. Если вы круто одеты, то можете зайти в казино – потому что больше заходить некуда. Реконструкция завершилась. Или совершите прощальную экскурсию на Монастырский остров. Наши ДЕБИ «отвели» (в основном себе любимым) еще более 200 га городской земли там, и целиком Зеленый, и кусочек полуострова Рыбальский – частично «отведя» территорию у археологического заповедника – очевидно, свою ненависть к очагам культуры  ДЕБИ распространили на стоянку неандертальцев. ДЕБИ не посчитались даже с тем, что Монастырский остров – часть парка им. Шевченко, а он вполне официально является памятником национального значения. Когда негде будет выкупаться и нечем дышать, когда не останется театров и библиотек (областную библиотеку планируют переселить на Серова-Набережную) – утешайтесь тем, что надписи «Посторонним вход воспрещен!» и «Охраняется собаками!» написаны будут по-русски».

На какие только ухищрения идут желающие отнять у города лакомый кусок земли, чтобы обойти законы. В газете «Днепр вечерний» (№98) рассказывается о том, как под видом строительства церкви у города едва не отобрали очередной участок земли. В материале «Кому нужен храм-небоскреб?»  говорится о том,  что «сомнительными землеотводами горожан уже не удивишь. В прямом смысле драгоценные участки раздаются направо и налево, порой без всякого на то основания. Земли все меньше – притом, что желающих завладеть ею с каждым днем все больше. Уже не первый год на огромный участок земли претендует молитвенный дом «Дверь в небо». Что ж, у нас в стране свобода совести, а любое вероисповедание  не запрещено законом. Но  почитатели культа явно думали не о величии духа над бренным, рассудив, что здание должно быть не менее, чем в 11 этажей. Такая себе лестница в небо. На этапе рассмотрения проекта, пастору Юрию Коновалову деликатно намекнули, что культовые сооружения не могут быть выше трех этажей, и «Дверь в небо» скромно остановилась  на пяти, правда, с наличием огромных подвалов. Спрашивается, зачем молитвенному дому «подземное царство»? Подписи на строительство собирались на жилмассиве Сокол обманным путем. Последователи  Коновалова предлагали жителям микрорайона поставить подпись на опросном листе, на котором значился вопрос» «Хотят ли они, чтобы  в их районе был построен христианский храм?» И, естественно, большинство отвечало положительно. Но люди-то думали, что речь идет о православной церкви, строительство которой уже ведется  в их районе».

Добралась местная пресса и до руководства города, которое, спустя рукава, смотрит на все происходящее в мегаполисе. Причем равнодушно смотрит на все это не бесплатно, а за солидные оклады. Газета «Горожанин» (№27) решила разобраться, не переплачивают ли горожане на содержание раздутого аппарата «слуг народа». В материале «Чем кормить мамонта?» журналист Виталий Теплов отмечает, что « заместителей у мэра стало так много, что на всех не хватает зарплаты! Придется, видимо, сокращать насильно раздутый коалицией «Родной Днепропетровск» штат заместителей городского головы - с 15 человек до разумных 6-8». Автор напоминает, что «до распада коммунистической системы и СССР Днепропетровском управляли председатель горсовета и четыре его заместителя. Хватало с головой. Правда, это не совсем честные цифры. Не забывайте о том, что помимо горсовета был еще и горком партии, который тоже исполнял функции руководства городом. В горкоме были первый секретарь и три профильных секретаря (по оргработе, промышленности и идеологии). Эксперты сошлись во мнении, что два руководителя и восемь (в сумме) их заместителей можно по нынешним временам засчитать как 6 профильных заместителей.

Растет масштаб задач - растет бюрократический аппарат контроля и управления. Тем более что изменился сам характер управления. В СССР существовала жесткая вертикаль власти, «низы» исполняли решения и планы «верхов» в административном порядке, применяя минимальный инструментарий: «вызов на бюро», «лишение премии или партбилета», «кулаком по столу» и «мать тебя размать». Смешно сказать, но штат районного финотдела, собиравший поступления в бюджет, составлял три человека. Сегодня же, чтобы выбить из десятков тысяч предпринимателей налоги, только районная налоговая инспекция имеет в штате около 250 специалистов. Это - объективные реалии нашего времени. Сегодня нет бюро райкома, решения и законы воплощаются в жизнь не методами администрирования, а через судебно-правовые рычаги власти. Это тянет за собой значительный рост сопровождающего документооборота, а, следовательно - и числа управленцев, которых мы упорно называем чиновниками.

Это как история про мамонта. Всё племя собирало ему траву на корм, чтобы вырастить побольше мяса и прокормиться им в долгую холодную зиму. Мамонт рос, и травы ему нужно было всё больше и больше. Настал предел, когда племя, не успевая добыть еды для себя (всё для мамонта!), просто вымерло. Размер мамонта, как и расходы на его содержание, должны быть адекватными возможностям общества».

Автор вспоминает, что «в первые годы «демократического горсовета» замов, как и у советского председателя горсовета, тоже  было четверо. А потом их количество стало расти, достигнув при нынешнем составе депутатского корпуса горсовета тринадцати человек, плюс секретарь горсовета и управделами с правами зама. По общим правилам первое лицо структуры (в нашем случае - мэр) ведет вопросы стратегического развития системы (в нашем случае - города). И отвлекается от стратегии к тактическим проблемам только в том случае, если эти проблемы нестандартные, кричащие и требующие особого внимания. Тактикой занимаются полевые бойцы и командиры - в нашем случае это городские управления и городские коммунальные предприятия, которые имеют законодательно закрепленные функции руководства и контроля. Промежуточное между главнокомандующим и командирами полков звено - управленцы, руководители стратегических направлений - заместители мэра, которые должны вникать в тонкости и выстраивать систему работы группы близких по направлениям городских подразделений.

Получается логичная пирамидка: мэр руководит 6-8 заместителями, каждый из которых ведет 6-8 направлений работы.

А теперь вспомним, как история с заместителями развивалась в Днепропетровске. Первым нарушил правила экс-мэр Николай Швец. Он ввел новую должность заместителя мэра по взаимодействию с силовыми и правоохранительными органами, которую занял Клименко (в последствии - генерал и народный депутат). Думается, что мотивация здесь вполне понятная - у Швеца уже тогда начинались проблемы с правоохранителями, и ему нужен был прямой контакт с ними через доверенное лицо.

Спустя год случился второй прецедент - была введена должность заместителя по транспорту, которую занял тогда бывший начальник трамвайно-троллейбусного управления Левченко. Мотивация была весомой - разгар строительства метро потребовал наличия полномочного координатора, имеющего право подписи и принятия решений от имени города. Должность ввели под конкретную задачу транспортного строительства. Хотя такая «серьезная» мотивация - тоже палка о двух концах. Вспомните, что когда в СССР начала решаться куда более суровая ядерная проблема, то под неё не создавали должность и министерство, её поручили главе МВД Берии. И он, не будучи ученым-ядерщиком, с проблемой справился, ибо был, при всех прочих достоинствах и недостатках, грамотным организатором.

Потом, как это показалось и нам, и экспертам, должности замов стали вводить «под хороших людей». В 2002-м выделили должность зама для начальника финуправления Скрипки, хотя количество направлений работы у него не увеличилось (сейчас эту должность занимает финансист Игорь Шевченко).

Далее - появилась должность для выходца из рядов СБУ Тюрина (зам. по внешнеэкономическим связям, хотя этих самых «связей» у нас кот наплакал).
Для начальника Горздрава Рудяка (зам. по здравоохранению, при этом он остался начальником Горздрава).

Для председателя райсовета Збаращука (зам. по промышленности и энергетике, хотя коммунальной промышленности и энергетики у города не существует). Теперь эта должность у бывшего коллеги Тюрина - Ганжи.

Кульминация «мамонтизма» случилась два года назад, когда был избран новый партийный горсовет. Фракций-«победительниц» было много, на всех кабинетов не хватало, а победителям очень хотелось трофеев. «Трофеи» - это должности в исполнительной власти. Вот тогда и началась вакханалия. Под угрозой блокирования работы сессии депутаты приступили к силовому шантажу мэра, который не долго сопротивлялся и дал согласие на введение сразу трех новых должностей:

- зама по юридическим вопросам (Карпенко от фракции КПУ, под которым всего одно управление - юридическое);

- зама «по связям с местными советами» (Зайцева от фракции Партии регионов, позже она переключилась на руководство культурой и спортом, взаимодействию со СМИ). Причем Ирина Зайцева отказалась войти в состав исполкома (а должность её обязывает), не сложила с себя депутатских полномочий и одновременно руководит комиссией по делам молодежи, культуре и спорту;

- для Хмельницкого (от ПР) была восстановлена ликвидированная ранее должность зама по транспорту (за это направление работы отвечал секретарь горсовета).

Вот так у мэра города Ивана Куличенко появилось 13 замов. При этом он сам, отвечая на вопрос: «Доверяете ли вы своим замам, уверены ли в том, что они справляются с работой», коротко сказал: «Нет»!

А с мая начальник финуправления горсовета Ольга Черкасс отказалась платить новым замам зарплату. Причина вовсе не политическая, а финансовая. Такого количества должностей заместителей в штатном расписании не значится. Под председательством первого вице-мэра Анатолия Крупского была создана комиссия, которая должна была либо сократить количество заместителей, либо подготовить для утверждения новое штатное расписание. Ни того, ни другого комиссия не сделала. Позиция Крупского - дотянуть до конца финансового года по временной схеме, а там уж принимать решение. Кстати, содержание одного «зама», вместе с кабинетом, машиной, водителем, секретаршей и помощником - обходится городу в 25 тысяч долларов!»